Аджериеру

Материал из Энциклобогии
(перенаправлено с «Сецуна»)
Перейти к: навигация, поиск

Aj icon.pngАджериеру — один из великого множества богов Годвилля. Обладает весьма своеобразным чувством юмора[1], сильно раздутым самолюбием и гордыней, которой хватило бы на сотню-другую богов[2]. На данный момент не известен фактически ничем. Покровительствует герою по имени богНараку[3], который, в отличие от своего патрона, известным стать надеется. У него даже есть шансы — как у всякого героя.

Тосса (иконка) by Аджериеру.pngТосса — известна ещё менее. Разве что тем, что водит дружбу с Аджериеру. Обладает набором весьма острых зубок, коготков и не менее острыми язычком и ушками[4]. Покровительствует богСецуне[5].

Летопись героя. Часть первая

Изображение безвестного героя безвестным маляром.

Всё это было давно и, как понимаете, неправда. Наш герой родился и вырос в большой семье, был самым младшим ребёнком, а из этого, конечно, никогда ничего хорошего не выходит. И у Нараку не вышло. Получился балбес, каких мало, бабник, транжира и просто обладатель весьма скверного характера[6].
Однажды он взял и решил стать героем. И стал же. Даже обзавёлся непременным атрибутом героя — собственным богом[7]. А вот с храмом не заладилось — кирпичей было мало, и те приходилось буквально отвоёвывать или, о ужас, зарабатывать. Но разве это может остановить настоящего героя?[8]

Глава 1. Годвилль.

Нараку вышел из таверны с мыслью, что что-то забыл. Он перепроверил карманы, сумку, но ничего не заметил. Проверил ещё раз. Скрипнув зубами, завернул за угол здания, но, прежде чем он успел что-либо сделать, раздался звук громко хлопающей двери. Осторожно выглянув, Нараку проводил задумчивым взглядом филейную часть вылетевшей из таверны девушки, после чего тихо вздохнул. Первая загадка была решена, и молодой человек поспешил углубиться в переулок. Стоило ему скрыться в сумраке, раздался грохот и крики — буквально там, где он только что стоял, валялся потрёпанного вида мужчина. Нараку подозрительно посмотрел на небо, в очередной раз задавшись вопросом «А в кого целились»? Лёгкой трусцой он отправился к выходу из города, навстречу новым свершениям, стараясь уворачиваться от прохожих и шальных молний и ворча на понаехавших тут. Мысль о том, что если день не задался, то не задался целиком, догнала героя всего через пару кварталов — воплем «Сто-о-о-о-ой!!!» таким до боли знакомым голосом. Не оглядываясь, Нараку ускорил бег. Возмездие настигло его сразу же за поворотом, когда Нараку врезался огромную тушу, тут же схватившую его за руку и громко провозгласившую:
— Приветствую тебя, брат мой! Не видел ли ты нашу сестру?
Молодой человек выдавил из себя улыбку.
— С самого утра не встречал. — Не соврал ведь.
Туша слегка встряхнула его, после чего обратила свой взгляд куда-то за спину героя.
— Слышал? «С утра», говорит.
Мужчина, подошедший сзади, со всего размаху хлопнул его по спине, так, что Нараку прикусил язык.
— Слышал, — оскалился Кейн. Молодой человек ощутил острое желание оказаться в каком-нибудь другом месте.
— А в чём проблема-то? — поинтересовался он, стараясь выглядеть максимально доброжелательно.
— Да вот, на дело собираемся, а без сестрёнки никак, — громыхнул Влад, опустив свою лапу на макушку героя. — И тебя, вот, взять хотели, точно. — Влад хихикнул, что при его комплекции выглядело, как минимум, занятно.
Нараку выскользнул из тисков окруживших его громил и остановился, не зная, что сказать.
— А зачем вам я? — спросил он после некоторой паузы. Нараку прекрасно знал, зачем, но вдруг в этот раз найдутся контраргументы.
— Как же! — Молодому человеку не в первый раз начало казаться, что ещё чуть-чуть, и у Кейна начнут показываться тридцать третий и далее по порядку зубы, потому что первые тридцать два со своей задачей не справлялись. — Отвлекать же будешь — своих друзей по несчастью, пока мы их — того. Ничего нового, так что валяй, ноги в руки, и пошли.
Нараку насупился. Приказной тон он воспринимал только от Великого. Кстати! Как бы не помешала сейчас случайно мимо пролетавшая молния или воспламенившийся меч.
Герой поправил лямки пока ещё пустого рюкзака:
— Тогда я пойду, разузнаю обстановку, — всем своим видом показывая недовольство, заявил Нараку бандитам. — Куда вы сегодня собрались?

Глава 2. Окрестности Подмостквы.

Изображать праздно шатающегося по округе зеваку удавалось не очень хорошо: мешали сползающиеся как мухи на мёд монстры. Наконец, Нараку заметил двоих на дороге. Герои о чём-то спорили, и о предмете диспута догадаться было не сложно. Молодой человек улыбнулся и подошёл ближе, оценивая внешний вид противников.
— Приветствую, господа. — Даже рукой помахал и состроил самую дружелюбную мину, на которую был способен.
Господа, уже потянувшиеся было к оружию, отвлеклись друг от друга. Разговор тёк вяло, но когда один из героев снова завёл спор о том, кто из Великих более великий, бандиты (в полном составе, часть которого по-прежнему была страшно зла) таки вылезли из придорожных кустов. Пробормотав «где вас только носило», Нараку выхватил клинок. Героя помладше Владу удалось оглушить сразу, а вот голова второго оказалась крепче. Несмотря на расклад три к одному он успел сильно зацепить Кейна, прежде чем рухнуть рядом с уже бездыханным (стараниями Донны) собратом по несчастью.
Нараку вздохнул. Сумки обоих были полны, но его часть по-прежнему была только уши. Это ведь так почётно сбывать на чёрном рынке то, что досталось подобным способом. Внезапно он вздрогнул. Молодой человек был уверен, что треск веток ему не показался. Не проблема, если это очередной монстр, но… Донна испуганно вскрикнула. Убежать она не успела. Раздался громкий руст, когда здоровый мужчина в не менее внушительных доспехах заломил ей руки, и соратники не могли ей ничем помочь, будучи в не самом удобном для этого положении: окружившие их не были похожи на стражников, но и простым сбродом также явно не были. Численное преимущество больше не было на их стороне, и Кейна вырубили даже слишком быстро. Влад сражался до последнего. Нараку не заметил, как оказался на земле. Спину пронзала сильнейшая боль, и правая рука практически не ощущалась. Сверху раздались голоса.
— Ха, похоже, эти уроды знают, что их ждёт, раз так отбивались.
— Тоже мне, антигерои… Как будто монстров нам мало. И от самих этих героев хрена с два толку.
— Ничего, Орден за всех неплохо заплатит.
— Эй, а этот, кажись, сдох.
Нараку ощутил весомый пинок по рёбрам, но это было ничто по сравнению с болью, усилившейся, когда его перевернуло на спину. Из груди возникла пара сантиметров лезвия. Молодой человек успел услышать часть обсуждения, куда скинуть его труп, прежде чем всё погасло.

Глава 3. Где-то очень далеко.

Очутившись в темноте, Нараку вздохнул. Как всегда удивился, что здесь, в месте без времени и пространства, ему есть, чем вздыхать. Молодой человек огляделся, но вокруг было пусто. Ждать чужих богов было бессмысленно — слишком мала вероятность их встретить в пределах бесконечности. Оттолкнувшись руками от воздуха, Нараку поплыл вперёд. Он никогда не встречал здесь других героев, и ему хотелось верить, что эта бесконечность — его личная. Герой вспомнил, как первый раз очутился здесь. Он смутно помнил предшествующие этому события, лишь боль, почти такую же, как в этот раз. Тогда он впервые что-то увидел — образ существа, ставшего его богом. Вот и сейчас оставалось надеяться на его милость, дабы вернуться обратно.
— Ну что, доигрался?
Голос как всегда раздался из-за спины, и Нараку пришлось оборачиваться, чтобы встретить лицом к лицу свою кару. Её не последовало. Аджериеру смотрел с сочувствием и даже чему-то улыбался, отчего молодой человек почувствовал себя ещё более виноватым.
Великий положил ладонь на макушку молодого человека и провёл по волосам.
— Дитя, я рад твоим успехам, но тебе стоит больше внимания уделять монстрам и, не знаю, может, девушкам? Хотя, да, куда больше…
Нараку затаил дыхание. В таком благодушном настроении своего бога он не видел никогда. Коже мерещилось покалывание от электричества, однако проверить, не встали ли дыбом волосы, герой не решился.
— Ты обещал помогать мне.
Всё та же рука похлопала Нараку по спине. Молодой человек вздрогнул.
— Ну, раз обещал.
Нараку удержался от того, чтобы переспросить, опасаясь окончательной смерти.
— Как там продвигается строительство храма? — Бог разве что не мурлыкал.
— Продвигается!.. — Молодой человек улыбнулся, не преминув похвастаться, после чего обхватил ладонями плечи, надеясь, что дрожь не слишком заметна. — И неплохо продвигается!
— Отлично.
Аджериеру отдалился и, вытянув руки, что-то произнёс. Прежде чем Нараку спохватился, тьма вокруг начала рассеиваться, а чувства, помимо зрения, возвращаться.
Очнувшись, Нараку удивлённо посмотрел на небо. Ни единого облака не было видно до самого горизонта и в слова было складываться нечему, но он всё равно улыбнулся, а затем и рассмеялся.
— Как же хорошо иметь собственного бога! Чудо как хорошо!..


Летопись бога. Интерлюдия

И было яйцо. Яркого лилового цвета с белыми отметинами, размером побольше страусиного. Откуда оно взялось, никто не знал, потому как в это время там никого не было. Засвидетельствовать, когда Аджериеру появился на свет, могли только дикие звери, да и те не шибко заинтересовались. Сей волей обстоятельств (а, может, не только) у вывалившегося из скорлупы существа были все шансы тут же и погибнуть в горьком одиночестве, но не тут-то было. Даже такое неприметное, это было рождение нового бога, а боги так просто не умирают. Более того, они не умирают вовсе. Хотя, казалось, бы Аджериеру родился специально для того, чтобы опровергнуть данное утверждение, но отсутствие еды, воды и живых душ для общения всего лишь сделало из него на редкость вредную и необщительную личность. Как он рос и набирался ума-опыта, история умалчивает[9], но факт, что животных он любит больше людей[10], а за зелёный чай с мятой может убить. Во время распития оного и произошло его первое знакомство с другим божеством.
Тосса рухнула как снег на голову. В буквальном смысле рухнула, где-то в воздухе столкнувшись с залётным НЛО и не успев вырулить, прежде чем достигла земли. Если точнее, самого Аджериеру — на живое существо приземляться всяко мягче. Юный бог даже возмутиться не успел, как был окружён кучей движения, смеха и возни. Не часто ведь встретишь существо своего вида — в чём оба уже убедились и убедятся не раз.
Новоприбывшая оказалась весьма занятным зверьком. Воспитанная людьми, она сохранила трепетное к ним отношение, при этом полностью осознавая свою непричастность. Любовь же к электричеству, похоже, была видовым признаком.
С трудом, но простив разлитый чай, Аджериеру выказал максимум дружелюбия, на которое был способен, о чём, в последствие, ни разу не пожалел. Заполучив хорошего друга, он решил не останавливаться на достигнутом. Выяснив, что к миру протянули свои лапы слишком многие, он посовещался с Тоссой и решил, что гораздо лучшей идеей им будет для начала найти свои истоки. А там, кто знает, может, и какой-нибудь мир приложится. Сим поиском они по сей день и занимаются.

Летопись героя. Часть вторая.

Изображение безвестной героини тем же безвестным маляром.

Сецуна выросла в семье богатого помещика, и все знали её как очень тихого и воспитанного ребёнка. Какой неожиданностью для всех оказалось заявление об обретении бога с последующим хлопаньем двери и уходом в себя на поиски приключений с её стороны. Выученные наизусть многотомники о тёмных воителях и «How to become a SuperHero in 24 hours» не прошли даром — первому же встретившемуся монстру с очень тяжёлой дубинкой было что выбить. Равно как и всем последующим. Именно удары по разным частям тела и внушили героине мысль, что Тоссе непременно нужен храм[11], и обязательно из золотых кирпичей. Кто бы мог подумать, что их так тяжело добывать…

Где-то в окрестностях Подмостквы

Сецуна в очередной раз бросила кости и ткнула в них пальцем.
— Восемнадцать! Помножь на модификатор урона. Как ни крути — ты умер.
Почеширский Кот продолжал хмуриться. Он был категорически не согласен с результатом, но с костями не поспоришь. В мертвятник так в мертвятник. Опять Бог Монстров осуждающе смотреть будет. Почеширский Кот поднял взгляд.
— А кинь на воскрешение, вдруг я восстану.
Сецуна закатила глаза, но кинула без комментариев.
— Четыре. Не восстанешь.
Почеширский кот тихо заскулил. Сецуна ждала.
— У меня с собой только деньги…
— Ты предлагаешь тебя обыскать, что ли?!
Почеширский Кот похлопал себя по карманам и по груди. Нащупав какую-то выпуклость, он извлёк содержимое.
— Что это… — Он повертел в лапе предмет. Неказистый комочек заблестел на солнце. — Вручаю тебе эту модель вселенной 1:1 и двадцать золотых. Всё. Пойду до кладбища…
Сецуна осталась сидеть в одиночестве, крутя в пальцах трофей. Где-то невдалеке кто-то чирикал. Или чиркал. Лопатой? По камням? Сецуна встала и пошла искать проход через валежник.
Вскоре к чирканью прибавилась ругань в несколько голосов. Сецуна осталась стоять в тени деревьев, наблюдая за тройкой героев, увлечённо машущих кто чем. Лопата оказалась только у одного. Знакомых среди них не обнаружилось. Зато обнаружился знакомый Нахалк, с ворчанием вылезший из ямы.
— Вот докопались же! — прорычал монстр, обрушившись на героев.
— Не вынесут они его, — раздался ехидный голос. Сецуна лениво повернула голову.
— Ты же на кладбище пошёл.
— Дак я и иду! — Почеширский Кот гордо ткнул пальцем в бейджик с надписью «призрак». — Тут недалече, уже почти пришёл.
Почеширский Кот уселся на траву, скрестив все конечности попарно. Сецуна посмотрела на него и села рядом.
— Авось и вынесут, сонный он какой-то. Обычно бьёт пошибче-то.
— Дак мы и помочь можем, — крякнул Почеширский Кот, подхватив близлежащий булыжник. Выждав мгновение затишья, когда Нахалк притормозил, чтобы грозно фыркнуть на противников, Почеширский Кот швырнул камень. Нахалк взвыл, потирая затылок, и заметно прояснившимся взглядом нашёл виновника. Почеширский Кот показал ему большой палец. Дело копальщиков было решено.
Нахалк увлечённо вгрызался в ногу бывшего врага, когда Сецуна с Почеширским Котом подошли обыскать сумки незадачливых кладоискателей.
— Вы мвне-то оствте што, — пробурчал Нахалк, пытаясь вытащить сапог из зубов.
— Да тут было бы что, — Почеширский кот раздосадованно пнул одну из сумок. — Какой-то торгаш успел их обобрать до нас, видать.
— Сначала торгаш, а потом пара барменов, — Сецуна уныло пересчитала монеты из кошелька близлежащего к ней тела. — Ребята путешествовали налегке…
— Можь, потому и клад искали, — осенило Почеширского Кота. Тут он ткнул пальцем в Нахалка. — А ты чойт тут залёг? Берлога твоя дальше же? Сторожил копателей? Или по пьяни дорогу найти не смог?
Нахалк злобно заурчал.
— Тоннель я тут рыл. До стены. Поближе к таверне. Попросили.
Сецуна с интересом на него уставилась.
— Это кто такой предприимчивый?
— Да мало ли. Деньги герой принёс, но за спиной наши стояли, заинтересованных явно группа.
Сецуна подозрительно посмотрела на Нахалка.
— А герой не рыжим был, нет?

На берегу пруда Немного большой форели

— Ну что ты прям как этот самый, — Сецуна попыталась ткнуть товарища локтём в бок, но тот уклонился. — Вот-вот, именно этот самый.
Нараку закатил глаза, не переставая жевать.
— Да нету, нету никакого большого плана. Тебе прям как будто никогда в город проход не запрещали.
— Почему заодно с монстрами тогда-то? Меня б о помощи попросил, я б тоже вложилась.
Нараку пожал плечами.
— Тебя рядом не было, но были эти вон. Им же тоже надо, в конце концов. И с торгашами дела иметь, и в таверну какую-то заглянуть, и не обязательно под покровом ночи по пропускам же.
Сецуна почесала затылок.
— Подожди, если суть в том, что оно не для глаз героев, но при этом любой кладокопатель может до него дорыться…
Нараку поморщился.
— Дай мне ту бутылку, пожалуйста. Они докопались, потому что Нахалк начал копать только. План был и стенки укрепить, и сверху стратегически чего-то отталкивающего накидать.
— А не боишься, что какие-то менее добросовестные монстры используют тоннель для нападения на город?
— Чтоб от своих же отхватить? Ну-ну. Там так-то охрана стоять будет, чтоб только своих пускать.
Обсуждение «а что если» затянулось до ночи, Нараку начал делать заметки, чтоб можно будет усовершенствовать. Сецуна успела построить небольшую пирамидку из опустошённых бутылок.
— Смотри, это могила твоих нереализованных действительно хороших идей.
Нараку пошарил вокруг в поисках чего-нибудь чем можно швырнуть в подругу, но, похоже, все бутылки ушли в памятник, а еда кончилась задолго до этого. Нараку махнул рукой.
— Зато можно будет пьянствовать в кругу настоящих друзей, которым не плевать. Эй!
Нараку схватился за ушибленную руку.
— Слышь, ты, а я тебе не друг, что ли? А Ось? Мимо проходили, да?
Нараку надулся.
— Так вас двое. И как надо, никогда рядом нет. Зато монстров — куда ни плюнь. Вон, кстати, ползёт один в нашу сторону. Эй, выпивка и еда кончились, если ты без добавки, тебе тут не рады! — крикнул он в сторону чьей-то пушистой попы, торчащей над высокой травой.
Попа на некоторое время застыла, размышляя над перспективами, но вскоре двинулась дальше. Вскоре у костра нарисовалась вся туша.
— Я-то с добавкой, но будете так приветствовать, могу и обратно уйти, — вздёрнул нос Почеширский Кот, расставляя на камне полный бутылки и закуску.
— А я в тебя, между прочим, ничего не кинул даже.
— Я это ценю, — совершено искренне ответил Почеширский Кот. — Как обставим встречу? Давайте я вам вроде как новую татуировку покажу?
— А у тебя есть? — тут же вскинулась Сецуна.
— Нет, — Почеширский Кот насупился. — Появляются внезапно, пропадают так же, спасу на них никакого. Но я могу вспомнить, что было написано в последней. Хотите?
— А давай. Что-то всё равно в дневник записать надо. Вдруг спросит кто. — Нараку с Сецуной дружно достали блокноты с карандашами. — Диктуй.
Почеширский Кот откупорил одну из бутылок, отхлебнул из неё и задумался.
— «Доброе утро, последний герой,
оставайся самим собой,
монстрам бой, монстрам бой!»
— Что? — нахмурился Нараку.
— Я ничего не поняла, — призналась Сецуна.
Почеширский Кот развёл лапами.
— Почём купил, по том и продаю. Расскажите про туннель этот ваш лучше, пока я всё не выпил.

Посреди леса и ниже

Сецуна стояла у входа в большую пещеру, раздражённо постукивая пяткой по стене. Неведомая сила принесла её сюда прям из боя, не особо спрашивая. Нараку тихо скучал неподалёку, пытаясь увидеть что-нибудь в шахте лифта. Других героев пока не наблюдалось, но правила полагали подождать. Третий появился как раз к моменту, когда лифтёр вышел, чтобы швырнуть в ответ упавший ему на голову камень. Четвёртый вскоре осторожно вышел из пещеры и спросил что-то про светящиеся в темноте глаза, но был проигнорирован, когда лифтёр сгрёб всех в охапку и утащил вниз.
Подземелье оказалось очередным лабиринтом, где самое оно заплутать да завести группу в чьи-нибудь загребущие лапы, но незнакомый громыхающий голос сверху уводил группу подальше от любого проёма, из которого подозрительно сопели. Сецуна и Нараку всё больше грустнели, чем дальше вглубь заходили герои. Внезапно перед глазами возникла сокровищница. Деньги и трофеи были тут же честно поделены, пока лифтёр (другой) нависал над ними, выжидая и взглядом поторапливая.
— У меня в рюкзак эта фигня не влезает, помоги. — Сецуна подтащила битком набитый рюкзак к товарищу.
— Тебе эта фигня нужна вообще? - Нараку повертел в руках загадочную штуку. — Можно я её пополам сломаю? Тогда влезет.
Лифтёр раздражённо зашипел и подхватил подмышку двух других героев, давно собравшихся, и унёс наверх. Сецуна меланхолично посмотрела ему вслед.
— Хорошо играет. Поставлю ему бутылку за мой счёт.
— Подозреваю, что у них уже всё куплено, — покосился в её сторону Нараку.
— Ну и зря. Чего они сюда провиант таскают-то, в таверне ж веселее.
— О, ты не была ещё там, что ли? Они тут пару пещер под свои собственные таверны обустроили. Стесняются всё-таки при людях да героях праздники устраивать, говорят, плащи плащами, а акцент монстрячий выпивка только сильнее делает. — Нараку развёл руками. — Ну, не заставлять же их. Что мне с трофеем делать-то?
— Да выкинь, бог с ним. Пойдём.
Нараку осмотрелся, прислушался и пошёл на шипение. В соседней комнатке оказалось пусто, но за следующей дверью оказалась большая зала, в центре которой восседал огромный монстр. Отъелло встрепенулся, услышав шаги, но тут же поник, увидев, что героев только двое, а распознав в них «своих» и вовсе перевернулся на другой бок и засопел. Нараку подошёл к нему и с размаху пнул в выглядящее самым мягким место.
— Здороваться даже не будешь, что ли?
Отъелло тихо заворчал.
— Вы определитесь, здороваться вам или секретные ходы вам охранять, а потом возвращайтесь.
Нараку похлопал его по ударенному перед этим месту.
— Мы скажем им там, чтоб тебе принесли сюда чего-нибудь. Нашу компанию-то уже наверх унесло, извини.
Сецуна тем временем подошла к неприметному входу, который по всем признакам вёл в кладовку с инвентарём местной уборщицы. Пришлось пробираться меж швабр, прежде чем она заметила проход, благодаря скупому освещению совершенно сливающийся со стеной.
— Ого, если не знать, в жизни не найти, — радостно бросила она за спину, углубляясь внутрь.
Идти пришлось долго, в паре мест даже воспользоваться заботливо установленными траволаторами, но путь совершенно стоил того. В конце их ждала занавеска из чьих-то мелких косточек, ведущая в просторный зал, обставленный по последней монстрячей моде: мебель из тёмного дерева, инкрустированная костями. Столики и стулья разнились размерами, явно рассчитанные на принятие и боссов, и монстров помельче. Сецуна всплеснула руками.
— Ну вы даёте. Отлично устроились-то.
Уже знакомый и как-то даже приевшийся Почеширский Кот вылез из-за стойки.
— А то, мы даём! Что пить будете?
— Стой, стой, — зашипела на него Сецуна. — Мне трофеи надо продать, мешок полный, а кошелёк не очень. — Она осмотрела группу монстров в углу, но тут Почеширский Кот снова привлёк её внимание.
— Не боись, сдай мне всё. Я оплачу и потом продам товарищам. У меня тут лавочка специально для таких как ты.
— Ну ты этот самый, а. Предусмотрительный какой. — покачала головой Сецуна.
— Всё для клиентов!
— Кстати о клиентах, а где все? — Нараку тоже посмотрел на скучковавшихся в углу монстров, которые, судя по звукам, во что-то играли.
— Середина рабочего дня ж, вы чего. В такое время сюда только такие как вы и заходят. Садитесь давайте, первая за мой счёт.
Герои устроились за столиком недалеко от играющих. Стало лучше слышно, что происходит.
— Это мы их подсадили, да? Я ж помню, когда сто лет назад первой десятке монстров правила объяснял, они на меня как на полного идиота смотрели. А потом пошло… Сейчас-то у каждого монстра готовый лист персонажа есть, кроме, кхм, некоторых.
Один из играющих оглянулся и оценил героев светящимся в сумраке круглым глазом.
— Лист персонажа, ха. Это вы ещё не можете слушать, как они часами ноют, что всего несколько героев с ними вместо драки играют, а остальные разве что иногда, по настроению. Вывели поколение лентяев, бегущих от сражения! С нами будете? У нас ещё места есть.
Сецуна с Нараку воодушевлённо подхватили бутылки. Вечер предстоял долгий.


Летопись происшествий

« Странствующий монах сказал, что боги не в силах изменить нашу судьбу. Смеялся. »


Место для рекламы

deviantart.com — одно из мест обитания данного бога в р. м. Второе — работа. Не говоря о регулярном уходе в себя, но туда вход только по приглашениям. Все прочие места можно спросить у него в личке или найти в гугле, ибо он никогда ни от кого не прятался, что бы там ни думали некоторые. Спросить будет вежливее, если кто-то сомневается.

Ремарка

Стоит отдельно заметить, что данная статья прежде всего полностью отражает видение мира данных богов и не обязана соответствовать чему бы то ни было ещё.


Примечания

  1. Которое, как правило, принимают за фактически полное его отсутствие.
  2. И жадностью, поэтому делиться не будет, как ни просите.
  3. Становление героя произошло 2009-04-08 в историческое время 06:28:07 (GMT, з. в.).
  4. Соблюдайте осторожность при нахождении рядом! Велика вероятность порезаться.
  5. Первая встреча Сецуны и её богини состоялась 2009-07-17 11:49 (GMT, з. в.).
  6. Что тщательно пестуется его богом.
  7. Если не противоречить фактам, бог появился раньше и не очень-то спрашивал, нужен ли он тут. Хотя, конечно, нужен. И Нараку любому голову оторвёт, кто заявит обратное.
  8. О, да, 30.01.2010 в 14:57 (GMT, з. в.) его остановил тот факт, что последний, тысячный кирпич был водворён на место и ленточка на входной двери торжественно перерезана.
  9. Не обращайте внимание на кляп у неё во рту, он декоративный.
  10. За единственным исключением, и мы его знаем. Рыжий паренёк такой.
  11. О чём сама Тосса ни сном ни духом.