Подложить свинью

Материал из Энциклобогии
Перейти к навигации Перейти к поиску

Подложить свинью — серия мини-квестов, состоящая из 4 частей:

  • подложить свинью → деньги/трофей/золотой кирпич;
  • пустить петуха → трофей/опыт;
  • дать краба → трофей/деньги/лечение;
  • отвесить леща → золотой кирпич/группа монстров

Существует древняя легенда о том как один герой, движимый жалостью, решил помочь своему приятелю, а в результате впутался в целое приключение. Итак, давным-давно, кажется, в прошлую пятницу…

Как один отзывчивый герой свинью подкладывал

Жил-был герой. Герой как герой, строил храм, дрессировал питомца, охотился на монстров. Таких вообще-то тысячи. Нашего звали Винсент, для друзей — просто Винни. И был у него друг — торговец. Кто-то здесь, возможно, захочет возразить, и скажет, что торговец не может быть другом герою, но это было именно так.

Так вот, был у него друг — торговец. Имя его уже и не вспомнить, давно это было, для краткости, назовем его Иа. Наш герой приносил купцу трофеи, тот давал ему пару монет сверх обычной цены, да ещё и скидку на снаряжение. Поэтому наш герой приходил к нему снова и снова. Только вот торговец был грустным, вздыхал всё время, на вопросы о причинах своей грусти отвечал расплывчато, вытянуть из него ничего обычно не получалось, пока… Пока наш Винсент не притащил из похода особо крупную кучу трофеев, да ещё и монет мешок приличный. Разобравшись с трофеями, радостный Винни уговорил Иа пойти с ним в таверну. Там они посидели немного, потом ещё немножечко, потом ещё чуть-чуть, пока…


Пока, уже за полночь, порядком захмелевший торговец не поведал свою историю. Оказалось, в стародавние времена он сам был героем и занимался обычными геройскими делами. Однажды мчался он по сельской местности на ездовом питомце, и задавил выскочившего на дорогу поросёнка. На предсмертный визг умирающей животины выбежала из придорожной хижины старая женщина в больших круглых очках, увидела раздавленную свинку и зарыдала, запричитала, мол, одна у неё была надежда — к зиме поросёнка выкормить, вырастить и всю зиму его есть. Сама она — бедная вдова, последние деньги отдала за поросёнка, и теперь ей, видать, светит голодная смерть. Иа послушал всё это, покраснел, втянул голову в плечи да и тихонько уехал восвояси. Вот только ещё по дороге в город заела его совесть, и ночь в таверне он уснуть не мог. Тогда и решил он бросить геройствовать и остаться в городе торговцем, лишь бы не попадаться больше на глаза той вдове. Однако совесть его в покое не оставила, и чем ближе к зиме, тем сильнее грызла его. И попросил торговец героя отвезти той вдове копчёную тушу свиньи, чтобы загладить свою вину, у него самого духу не хватало бы перед ней появится. И ещё умолял свинью подложить вдове тайком, чтобы она расспрашивать не начала. Так они и порешили.


Поехал Винни к хижине вдовы, дождался ночи в соседней рощице, а пока ждал увидел как пара подозрительных босяков что-то закапывала на соседнем поле. Герой подложил свинью в раскрытое окошко хижины, вернулся на поле, быстро нашёл в лунном свете рыхлую землю и отрыл маленький сундучок с монетами. Обрадовался кладу, заночевал в той же рощице, а утром, как-бы невзначай, поехал мимо домика вдовы, радостная женщина поприветствовала его и рассказала, что случилось чудо, и невесть откуда к ней в дом попала целая копчёная свинья, и теперь ей будет чем питаться зимой. Винсент разыграл удивление, поохал для порядка, пожелал вдове доброго здоровья и отправился назад в город. По пути увидел бродячих артистов, показывающих петуха, танцующего под музыку. Вот только герой наш знал этот фокус — птицу ставили на бочку с железным верхом, в бочке разжигали костерок, и петух пританцовывал потому, что ему жгло ноги. Изверги, в общем. Осерчал наш герой, ведь он был добрым по натуре, решил освободить птицу. Достал Винни своё оружие, разогнал горе-артистов, петуха пустил на волю, да ещё прихватил трофей, брошенный убегающими балаганщиками.


Поехал герой дальше и выехал на берег моря, а на берегу как раз рыбаки вытаскивали свою лодку из воды, вернувшись с уловом. Один из рыбаков вежливо поприветствовал благородного рыцаря. Винсенту, хотя рыцарского звания он и не имел, было очень приятно такое обращение, и он не стал поправлять босяка. А тот попросил отвезти его отцу корзину свежих крабов. Отец его тоже был рыбаком, но был уже стар и море не выходил, а жил в хижине на берегу лесного озера. Ехать к озеру было как раз по дороге, и «сэр рыцарь» благодушно согласился. Доехал он к лесной хижине к вечеру, отдал крабов старику, тот поблагодарил героя и предложил заночевать у него. Посреди ночь он проснулся от шума. Старый рыбак поведал ему, что это монстры повадились устраивать какие-то то ли турниры, то ли соревнования на берегу озера, шумят, рыбу всю распугали, старику часто и выловить ничего не удается, живет впроголодь, и если бы не посылки от сына, давно бы уже помер. Осерчал Винсент, схватил со стола здоровенного сушёного леща, твердого как камень и выбежал из хижины. Подкрался к костру, вокруг которого шумели монстры, прислушался и понял, что это победители монстрячьего турнира празднуют победу и полученный кубок. Вышел герой в круг света от пламени и стал стыдить иродов, что они совести не имеют, по ночам шумят, людям спать не дают. Посмеялись чудища, грубостью ответили. Хоть и добр был Винни, но не смог стерпеть такого, и тем самым сушеным лещом надавал по наглым мордам. Монстры не ожидали такой ярости и разбежались, даже кубок свой в костер уронили, расплавился кубок в ком золота. Почесал герой затылок, выкатил ком из костра, постучал по нему камнем, придав форму кирпича, да и забрал себе.


Воротился герой к другу своему, говорит: «Радуйся, торговец, благую весть тебе принёс — всё сделал, как велено. Вдова счастлива, да и сам я не обделён. Так и ты будь весел, и больше не вешай нос». А тот ему и отвечает, так, мол, и так, спасибо, конечно, выручил очень, да вот радоваться мне особо нечего, снова большое горе у меня. Пока тебя не было, обрадовался я, что снова смогу жить прежней свободной жизнью, пошёл в лес на охоту, думаю, развеюсь да заодно провиант запасу. Битый час ходил по лесу дремучему — ни зайца, ни куропатки, какое уж тут веселье! Вдруг слышу: хрюкает кто-то, глядь — кабаниха, супруга славного Кабаньеро поросят кормит. Прицелился было в неё, но тут же понял, не могу убить кормящую мать: рука не поднимается. Да и больно матёрая, такую одним выстрелом не свалить. Махнул рукой, в сердцах схватил порося, что поближе лежал, и ну дёру. Тут такой шум поднялся у меня за спиной, что я перепугался, покрепче добычу к груди прижал, только ходу прибавил — сам не помню как дома очутился. Но так жалобно визжал тот поросёнок в пути, так вырывался, так бился копытцами своими мне в самое сердце, что знаю наверняка: лишил я малыша матери, а мать — любимого сына. И не знать мне покоя до скончания дней, если не выручишь. Будь другом, отнеси его обратно в лес, верни любящей маме. И если можешь, лучше правым боком показывай, слева он подгорел в печи — и тут я, горемычный, виноват, не уследил. А лучше и вовсе незаметно подложи…


«Другого дурака поищи», — отвернулся от него наш герой. На том и закончилась крепкая дружба.