Мифологемы Годвилля (Анализ исторических и культурных параллелей)

Материал из Энциклобогии
Перейти к: навигация, поиск

Как уже говорилось, Годвилль — это не только игра, но и книга, и, как во всякой хорошей книге, в ней рассказывается о других книгах. Причем делается это не только посредством отсылок, содержащихся в единичных фразах, но и самой структурой повествования, которую герой осваивает по мере своего развития. Если условно разделить игру на три уровня значений и отсылок, то получится следующее:

  1. Годвилль как книга, или Годвилль вообще.
  2. Сюжетные разделы или части.
  3. Основное наполнение. Набор отдельных фраз/вестей и т. п. (креативин).

О первом пункте уже написана довольно неплохая статья[1], о последнем можно говорить до бесконечности, поэтому данный текст будет посвящен второму — сюжетным разделам, их литературным отсылкам и мифологемам.

Храм

Золотой Храм

Первая суперзадача, которую должен выполнить герой в Годвилле — постройка Золотого Храма своему божеству. Литературная отсылка здесь читается ясно и сразу, это Мисима «Золотой храм» (яп. 金閣寺 Кинкакудзи). И хотя иероглифы на медальке героя китайские, а не японские, они выглядят явной отсечкой. Герой романа постепенно попадает под влияние Золотого храма и фактически начинает себя отождествлять с ним. Заканчивается роман сожжением храма и освобождением от этой зависимости. В нашем случае герой, возводя храм, увеличивает силу своего божества и тоже постепенно попадает во все большую зависимость. Правда, сожжение или разрушение храма в Годвилле не реализовано, по крайней мере пока. Так что ни о каком освобождении героя речи не идет.

Параллельно читается и отсылка к масонству, тамплиерам и прочим розенкрейцерам, которые тоже использовали храм, а через него и строительство как один из центральных объектов культа. Тема ёмкая, и углубляться в неё мы здесь не станем, дабы не утомлять читателя излишним количеством повторений.

Подземелья

После достройки героем храма, его божество получает возможность отправлять героя в подземелья — инстанс. Путешествия в подземельях и лабиринтах — тема весьма популярная как в литературе, так и в ролевых компьютерных играх. Потенциально любой инстанс может нести в себе множество самых разных отсылок, однако и здесь мы можем с большой долей уверенности указать на конкретное произведение — «Божественную комедию» Данте. Во-первых, «Божественная комедия» — это альтернативное название Годвилля. Во-вторых, на один из первоапрельских ивентов текст романа транслировался во всех геройских дневниках, что может служить дополнительной отсечкой. Вероятно, уместно будет напомнить, что инстанс вообще и «Божественная комедия» в частности — это художественная форма катабасиса.

« Катаба́сис (греч. κατάβασις) — сошествие в ад (лат. descensus ad inferos, нем. Höllenfahrt), мифологема, возникшая в эпоху развитого земледелия. Мифологический мотив катабасиса присутствует в сказаниях о богах у самых разных народов. Этот же мотив появляется в героическом эпосе, где подвиг катабасиса совершают смертные герои, преследуя различные цели: героическое сватовство к невесте из иного мира, вызволение друга (Геракл) или жены (Орфей), поиски знаний. В ряде сказаний катабасис как перемещение героя в пространстве предполагает две составляющие — спуск по вертикали и путешествие по горизонтали, но и редуцированные варианты путешествия часто содержат указание на элементы дикого и враждебного герою (или хотя бы мрачного) ландшафта.
»
Остров мёртвых. Арнольд Бёклин

Моря

Потоп. Ян Брейгель (старший)

Если дать упрощенное определение, то «Божественная комедия» — это литературная версия катабасиса в позднеготической европейской литературе. В первом же кругу ада нам встречается Гомер, который нам приходится очень кстати после постройки ковчега, когда герой получает новое сверхзадание — наполнить ковчег парами тварей. Так, с появлением морей катабасис лишается элемента вертикального погружения, а от Божественной комедии мы переходим к «Одиссее».

Здесь будет уместным еще одно небольшое отступление для того, чтобы провести довольно неожиданную параллель между Годвиллем и Гомером. Достоверно неизвестно, существовал ли Гомер как отдельно взятый индивид или это собирательный образ множества древнегреческих сказителей. Равно как сама Одиссея — это, по всей видимости, отдельные стихотворения, передаваемые из уст в уста и трансформирующиеся по ходу передачи от одного рассказчика к другому, только позднее объединенные в одно произведение. Это также напоминает и смешанное авторство Годвилльского контента, в порядок повествования которого уже вполне сознательно вплетена изрядная доля случайности.

Как говорилось выше, путешествие Одиссея можно представить как горизонтальную форму катабасиса, когда герой плутает между островами, преодолевая всевозможные трудности и препятствия. В Годвилле вместо золотого руна герой должен собрать 1000 пар тварей, чтобы наполнить ими ковчег для перехода к следующему этапу. Легенда о потопе, ковчегах, божьих тварях — еще одна популярная мифологема, описанная не только в Ветхом Завете, но и почти у любого народа мира. Желающие ознакомиться с ней поближе могут начать со статьи в википедии и продолжить, например, книгой «Параллельная мифология» Дж. Ф. Бирлайн.

Лаборатория

Воскрешение Лазаря. Джотто ди Бондоне

Собрав всех тварей, герой приступает к созданию лаборатории, конечной целью которой становится оживление собственного босса из фрагментов убитых ранее. Сами демиурги вполне откровенно называют «личного босса» Франкенштейном, что вполне понятно — шила в мешке не утаишь. Казалось бы, роман-хоррор Мери Шелли сложно поставить в один ряд с «Одиссеей» и Божественной комедией. Но ведь и Золотой храм тоже в него не вписывается, поэтому нам следует отказаться от ранжирования по авторитетности и немного подробнее рассмотреть, о чем этот роман и какое отношение он имеет к Годвиллю и его мифологемам.

Фабула романа содержит в себе целых две мифологемы — сотворение человека и воскрешение из мертвых (апокатастис), сплавляя их вместе. Изначально монстр Виктора Франкенштейна не был ни хорошим, ни плохим. Чудовищем его делает отношение окружающих, которые видят в нем монстра и начинают преследование. Происходит это не только благодаря его внешнему виду. Идея смешивания фрагментов человеческих тел и душ вызывает в людях страх и отвращение. Одно из страшнейших табу христианства (и не только) — каннибализм — основано на той же идее смешения личностей. Согласно схоластам, во время Страшного суда, когда мертвые восстанут, каннибалы сделать этого не смогут, поскольку их тела состоят из тел их жертв. Ни гомункулус (сотворение человека), ни зомби (воскрешение мертвых) такого ужаса вызвать не могут. То есть главная сила романа в смешении двух мифологем, образующих третью, синергетически усиленную и более современную. «Роевое сознание» отлично пугает даже искушенного читателя хоррора в XXI веке. С ней-то мы и имеем дело в Годвилле.

Полигон

Следующий этап развития героя и его бога — написание книги, состоящей из 1000 секретных имен бога, каждое из которых содержит четыре буквы. Наиболее близко этот процесс напоминает сюжет рассказа Артура Кларка Девять миллиардов имён Бога, в котором монахи отдаленного тибетского монастыря подключают к работе ЭВМ, чтобы выполнить перебор всех комбинаций букв священного алфавита. Другими словами говоря, используют брутфорс.

Герои при помощи своих боссов-Франкенштейнов должны получить секретное имя бога, состоящее из четырех букв, или по-гречески — тетраграмматон. Здесь, как и в первой части, заинтересованный читатель вполне может сделать выводы самостоятельно, предварительно ознакомившись со статьей в википедии.

Многозначность

В основе Годвилля заложена интертекстуальность, а это подразумевает значительно большее количество отсылок. Всё сказанное выше описывает лишь наиболее вероятные из них, но это не означает, что они совершенно верны или других не может быть в принципе. Поэтому необходимо учесть и существование альтернативных вариантов.

  1. Изначально отсылок могло не быть вовсе или они не закладывались сознательно. Множество похожих легенд и мифов были созданы разными народами в различные эпохи. Вполне допустимо, что они не всегда заимствовались и перерабатывались, но и сочинялись независимо, основываясь на похожих наблюдениях, ситуациях и закономерностях.
  2. Используемые источники могут быть другими. Например, в «Сказаниях о Гильгамеше» есть и путешествие в подземный мир, и потоп, и финальный босс хранитель кедров (гофера) Хувава.
  3. Отсылки могут быть искажены до почти полной неузнаваемости как сознательно, так и нет. Строго говоря, мы не можем совершенно сбрасывать со счетов даже самые отдаленные аналогии, вроде кума Тыквы.
  4. Источников может быть сразу несколько.

Из вышеизложенного следует, что, хотя Годвилль — это собрание юмористических и сатирических текстов, в его основе и структуре лежат темы от юмора и сатиры довольно далекие. Впрочем, хорошая сатира всегда оказывается более серьезной, чем кажется.


  1. Ссылка есть в начале статьи.