Обсуждение:Жрец Пирогов

Материал из Энциклобогии
Версия от 15:01, 20 октября 2012; Shizik (обсуждение | вклад)
(разн.) ← Предыдущая | Текущая версия (разн.) | Следующая → (разн.)
Перейти к: навигация, поиск

Годвилль – Торт! Так было от самого основания этого славного мира. И все созданные на нём живые создания, обладающие хоть толикой интеллекта, знали это. Годвилль, как и торт, многослоен, пропитан кремом магмы и джемом земной мантии переплетённой с силой удерживающей всё это безобразие в плоском корже. Издревле, коренные обитатели Годвилля, веруя в эту незабвенную истину, поклонялись Годвиллю и называли его Тортом. Это был культ, самый настоящий культ Торта! У него было много приверженцев, адептов, кардиналов, патриархов, даже были свои пророки, которые общались непосредственно с Тортом и изрекали своими устами его волю. Это было время расцвета, когда с каждый новым днём популяция и разнообразие героев, их богов, вездесущих монстров, босяков, торговцев, городов и их жителей росла с экспоненциальной скоростью! Никто и не мог помыслить о том, что может быть как-то иначе, но Вселенная предпочитает косинус…

И вот однажды в Годвилле появился новый бог, и стал распространять среди богов еретическое заявление: «Годвилль уже не Торт!». Небрежно брошенная фраза стала распространяться по Годвиллю словно чума по болотам, ореолу обитания Чумохода. Наступило время падения, а потом и застоя Годвилля. Культ Торта терял своих приверженцев, но они уходили не с улыбками на лице, как освобождённые от религиозного гнёта рабы, а как люди, у которых отобрали самое дорогое в их жизни, и грусть потери читалась в их глазах, полных слёз и отчаяние… Падение коснулось всех сфер жизни Годвилля, монстры не ловились, плюшки не пеклись. Вспоминались уже как будто забытая, грустная песнь про внебрачных Детей Барона Субботы, которых называли Детьми Понедельника. Когда конец Годвилля уже был неминуем, и оставался только один маленький шажок, Вселенский косинус падения превратился в косинус роста.

«Годвилль уже не Торт, а Пирог!» – изрёк пророк, и завертелось. Вмиг был основан культ Пирога. Все отрёкшиеся от Торта тут же вступили в него, и на лицах их проступила улыбка, а на глазах навернулись слёзы. Экономика пошла на подъём, монстры, в большем количестве, чем было, стали вновь докучать простым горожанам, а герои хвастались своими трофеями на каждом углу. В это время прекрасное время, герой по прозвищу «Пирогоедофф» страдал. Страдал он от пироговой зависимости, неизлечимой болезни пришедшей в Годвилль после становления культа Пирога. Ведь теперь пироги продавались в каждой лавке и были настолько вкусны, что жители поговаривали о том, что многие боги и даже Демиурги спускаются с небес, дабы вкусить искусство блюда, выпеченного из теста с начинкой. Среди пекарей городов развернулись настоящие пироговые бои, а раз в год устраивались колоссальные пироговые выставки, где выбирался лучший пирог, который был удостоен чести отправиться за много столбов от столицы в храм Пирога, где приверженцы культа возлагали его на постамент и поклонялись словно божеству. Но это для избранных и посвященных, а для простых граждан праздник был прекрасной возможностью повеселиться, набить брюхо свежими пирогами, просто таявшими во рту, и конечно же исполнить древний ритуал предков – надраться и подраться. Благо все условия для этого были созданы мудрыми организаторами. Именно на таком празднестве, герой по прозвищу «Пирогоедофф» страдал над очередной порцией вкуснейших пирогов. Пирогов сделанных настолько искусно и таким количеством начинок, что глаза прямо таки вылезали из орбит и пытались ухватить свой законный кусочек.

Пироговая зависимость угнетала. Раз появившись, от неё уже невозможно было избавиться. Она проявляла себя в бесконтрольном поглощении пирогов. Последствия от этого оказались слишком ужасны для зависимых. Многие попавшие под неё нашли единственный выход, уйти в служение культу Пирога. Ушедшие туда больше не возвращались, не потому, что не хотели, а потому, что излечившись, они настолько уверовали в силу и священность Пирога, что не мыслили себе другой жизни без послушничества, поклонения и ежедневных молитв.

«Пирогоедофф» доедая свой очередной пирог, принял единственное решение. Уйти в монастырь. Туда, где культ Пирога помог бы ему излечиться от разрушающей его зависимости. Собрав до конца празднества целый мешок пирогов, он отправился по следам монахов, отвозивших избранный пирог в свой монастырь. След был отчётливо различим на дороге, так как по пути процессии тут и там встречались остатки кусков от различных пирогов, разбрасываемые монахами на пути следования, и таким образом освещающими путь избранного пирога в место поклонения. Много дней понадобилось герою, прежде чем он достиг цели.

Монастырь располагался в горе. Но не простой горе, а горе с точностью до мельчайших деталей напоминающей только что испеченный пирог. Даже от верхушки его шёл пар, а превосходных запах свежей выпечки распространялся дальше, чем могли видеть глаза ястреба. Жуя последний пирог, герой ступил на многоступенчатую лестницу, по краям каждой ступени которой располагалось каменной изваяние какого-то одного сорта пирога. Лестница насчитывала сотни ступеней. Взобравшись по ней, еле-дышащий герой узрел жрецов культа Пирога. Жрецы были одеты в превосходные одеяния кремового и джемового цвета, а их лысые головы были покрыты свежевыпеченными и еще горячими пирогами. Герой, с хищной улыбкой и блеском в глазах, потянулся было к головному убору одного из жрецов, но получил тяжёлый удар и потерял сознание. Так началось излечение героя по прозвищу «Пирогоедофф» от пироговой зависимости и так началось восхождение монаха по имени Расстегай по иерархии культа Пирога.

Перед тем как стать послушником культа, всем адептам нужно было перестать есть пироги. Съесть пирог в правилах культа считалось страшнее смерти. За нарушение адепту грозила судьба, после которой смерть казалась чем-то прекрасным. В монастыре уже многие годы знали, как избавить человека от пироговой зависимости. При помощи особых техник управления дыханием, страданием и голодом все монахи навсегда закрывали в себе желание откусить хотя бы кусочек от любого пирога. Обучаясь и продвигаясь выше по иерархии культа, они открывали всё новые и новые тайны могущества, которые мог предоставить обыкновенный пирог. Высшие чины культа имели доступ к бесценному набору знаний, но было не главным. Только кардиналы и пророки имели доступ к Высшему Пирогу. Пирогу, который держал в руках пророк, давший Годвиллю надежду на возрождение. Обладание этим пирогом сулило обладателю познание устройство Годвилля и безграничной власти над ним и всем сущим на нём. Именно по этой причине отбор в высшие чины культа проходил под строжайшим контролем и вот уже много лет оправдывал себя.

Путь Расстягая, освободившегося от пироговой зависимости, был долог и тернист. Всего год понадобился ему, чтобы стать кардиналом культа Пирога и быть допущенным в покои Высшего Пирога, чтобы черпать силы и обучаться от него новым знаниям и стать, в конце концов, его пророком. С первой встречи вид Высшего Пирога всколыхнул в Расстягае уничтоженное в нём чувство, это было пирогопротивное чуство голода и желание насладиться пирогом. Но никто из высших чинов тогда не заметил этого чувства всего на миг пронёсшегося в глазах Расстягая. С каждым новым посещением покоев Высшего, чувство нестерпимого голода и желания росло. Демон поселившейся в душе Расстягая не девал ему покоя ни днём не ночью. Мысль о чудесном, Высшем Пироге, вкус которого наверняка нельзя было сравнить ни с чём, что он попробовал в своей жизни, не оставляла его. Знания, приобретённые за время служения в культе, говорили ему о Духе Пирога, обитающем в Высшем Пироге и дающему огромные силы обладающему им. Всё это привело к тому, что однажды душевные блокады и запреты, возводимые Расстягаем в процессе своего духовного становления, рухнули.

Дождавшись дня, когда у него была назначена аудиенция в покоях Высшего Пирога, Расстягай оделся в церемониальные одежды и отправился в покои Высшего. Войдя в покои, Расстягай опустил голову и, раскачиваясь из стороны в сторону, направился прямо к постаменту, на котором располагался Высший Пирог. Не дойдя всего 5 шагов, он почувствовал невидимый барьер. Барьер, который установил тот самый первый Пророк Пирога, воспользовавшись силой Высшего Пирога. Расстягай коснулся барьера. В тот же миг он услышал яростные крики кардиналов, приближающиеся к покоям. Но пути назад уже не было. Собрав весь свой накопившийся голод, Расстягай направил его на барьер и упал прямо за ним, теперь Высший Пирог находился всего лишь на расстоянии протянутой руки. Глаза Расстягая вспыхнули, а зрачки отражали только вожделенный пирог. Сбежавшимся кардиналам не оставалась ничего кроме как кричать и бить по невидимому барьеру, некоторые молились, другие падали ниц и плакали. Расстягай протянул руку, затем другую и снял с постамента пирог. Подняв его над головой, он засмеялся злым, демоническим смехом и, опустив его на уровень подбородка, жадно впился в пирог своими хищными зубами. Всего за несколько секунд он съел пирог.

Сила. Сила! Вот что почувствовал Расстягай. Это была необузданная, дикая сила! Сила и могущества Духа Пирога, обитающего в Высшем Пироге и теперь обитающего в Расстягае. Но он ошибался. Внезапно пришло осознание, что там сила, которую ощутил Расстягай, была лишь толикой реальной мощи и могущества, которое он мог бы получить. Дух Пирога, почуем опасность смог переместить себя в другой пирог, какой именно Расстягай не знал. Страшная ненависть от осознания своего проигрыша нахлынула не него, он поднял руки и завыл. И тут произошло странное. Расстягай начал меняться на глазах. Кардиналы, стоявшие за барьером, наблюдали, как их бывший соратник прекращается в…пирог? И действительно за барьером, где только что стоял Расстягай, теперь стоял свежевыпеченный пирог. Как вдруг послышалось чавканье, постепенно оно всё нарастало, и вот из центра пирога показалась рука? Возможно, это была рука, в возможно конечность, но она вся она была покрыта начинкой. А прямо вслед за рукой появился и монстр – Жрец Пирогов. Так Расстягай из обыкновенного жреца культа Пирога стал монстром, именуемым Жрецом Пирогов.

В тот день культ пирога понёс свои самые многочисленные потери за всю история. Все пироги, которые они поклонялись, были съедены Жрецом Пирогов. Остановить его было невозможно, самая совершенная пироговая магия не могла противостоять этому чудовищу, желанием которого было найти Духа Пирога.