Диван-дурак

Материал из Энциклобогии
Версия от 21:06, 18 мая 2019; Красавица (обсуждение | вклад) (исправлено название)
(разн.) ← Предыдущая | Текущая версия (разн.) | Следующая → (разн.)
Перейти к: навигация, поиск
Монстр
Диван-дурак
Диван-Дурак-by-Ddx1.jpg
• Ddx1 (УВО)
Тотем гильдиигильдия Облом-Покоя
ОписаниеСамый обычный.
Есть упоминание в понедельном флешмобе № 49

Шел теплый летний день, а богя шла по чистому полю, все чаще встречая героев, бьющих по лбам босяков. Шушик радостно гонял межконтинентальную теннисную ракетку как мяч. Все бы ничего, но вдруг посреди поля я заметила… диван. Да, диван. Самый обычный диван, издающий звуки, похожие на храп.

Шуша бросил ракетку на произвол судьбы и запрыгнул на диван. Существо ожило и скинуло с себя питомца. Диван яростно зарычал на меня.

Страх охватил нас обоих. А вы бы не испугались живого дивана? В растерянности я решила для припугивания принять стойку Администратора Годвилля. Странное дело, диван купился и сбежал, забормотав что-то про налоги. Вот дурак.

С тех пор я пугаю диваны этой стойкой и обзываю их дураками вслед. Хорошо, что Администратору монстр ничего не сделает!

Нелетописное

Кош Мар и богАтомщик понуро ковырялись в сыром Годвилльском чернозёме. Кодеин в паре метров от них, со страдальческой физиономией, истово бил поклоны. На лбу молельщика набирала радужные переливы приличных размеров шишка, а на земле, в точке соприкосновения лба, успела образоваться небольшая ямка. Землекопы, впрочем, тоже выглядели не лучшим образом. Грязные и потные, они на чём свет стоит, сквозь зубы, ругали злополучную ауру остроухости.

— А ведь чувствовал, не надо было к этому святилищу подходить! Так нет же, узрел морды ваши! Какого Администратора звали-то? А?

— Так компанией не так кисло. Вроде… И откуда мы знали, что ты тоже под присмотром? Тебе сколько ещё?

Атомщик прислушался к ощущениям

Другой способ борьбы с монстром Диван-дурак by богНоэру

— Ну, минут сорок.

— А мне полчаса. Кодычу ещё с часик.

— Оп-паньки! Гляди, ещё один идёт! Так, улыбаемся и машем!

Друзья подобрались, натянуто заулыбались и, убрав за спину лопаты (не переставая, впрочем, ковырять ими почву, хотя делать это в такой позиции, да ещё одной рукой, было не особо удобно), приветственно замахали руками. Прохожий заметил их старания и повернул к товарищам.

— Ха! Сейчас тоже в ауру вляпается! Вот его Всевышний то обрадуется!

— Ага! А он не очень!

Фигура приблизилась. Улыбки медленно сползли с лиц пакостников.

— Слышь, Кош, а это и не герой вроде..

— Точно, Атом. Вон, морда зелёная, и зубы торчат. И в чешуе. Монстр, блин.

Монстр подошёл вплотную.

— Позвольте представиться, зовут меня Д’Иван Д’Урак, и сейчас я Вас буду бить. И есть.

— Как-как? Диван Дурак?

Кош Мар весело заржал.

— Стыдно, стыдно, молодой... гм, человек! А ведь мы с Вами, можно сказать соотечественники! Моя ли в том вина, что во время бури в отражениях апострофы из моего имени пропали, как и из Вашего?

— А откуда ты моё имя знаешь, а?

Монстр хитро прищурился.

— Для начала, не «ты», а «Вы», иначе не вежливо. Ну, а откуда знаю? Я много чего знаю, Кош’Мар. И что здоровья у Вас немного, и что божок Ваш помогать не будет. Да и у Вас всё аналогично, уважаемый Атомщик.

— Встряли, Кош?

— Ага, встряли, Атом.

— Зато у меня всё в порядке, спасибо зарядке!

Из кустов вышел Кодеин, и вид его был ужасен. На лбу светились уже три шишки, с волос сыпалась дорожная пыль, в зубах застряли пучки травы.

— Ой, не смешите меня, молодой человек! У Вас питомец в контузии. Вас просто телепортируют на Арену. Это выгоднее в данной ситуации.

— Посмотрим.

— Неподалёку топчется Диван-дурак. Подойду огорчу.

Кодеин произнёс ритуальную фразу, и выплюнул в монстра пучок травы. Диван Дурак тут же отвесил ему щелбан, и индикатор здоровья у героя стал чисто символическим.

— Прощай, друг, воскреснешь – заходи.

Но… Небеса разверзлись, в буквальном смысле, и на Кодеина обрушился водопад живой воды. Герой просто преобразился. Подтянулся, выпрямился, шишки пропали, грязь смылась, зубы заблестели! Только подраться ему не дали. Небеса разверзлись повторно, что-то вжикнуло, и монстр упал замертво. Из головы поверженного чудовища торчала странная ручка. Кодеин подошёл к телу, пнул разок, и выдернул предмет из черепа врага.

— О, так это межконтинентальная теннисная ракетка! Спасибо, Великая! Приношу в жертву тебе этого монстра! Ребята, а вы-то что рты разинули? Ну не любит моя Великая монстров отпускать. Только, чую, жертвы маловато Ей будет, домаливать придётся.

С неба рухнула скрижаль: «Молодец! Умничка ты у меня. А теперь помолись немного. Правда немного осталось, только не отвлекайся!»

— Ну вот, как в воду глядел. Зато подлечился, и трофеем обзавёлся. Учитесь, неудачники, своих Великих надо знать!

Атомщик и Кош Мар медленно закрыли рты, обалдевшее переглянулись, и молча взялись за лопаты.

Легенды Гильдии

Однажды, после отдыха в особнячке гильдийском (именуемым не иначе как «Гильдия Облом-Покоя»), герой, чьё имя уж в Лету кануло, на вечерний променад вышел. Окрестности гильдии в тот вечер окутал легкий туман, а воздух был пронизан свежестью надвигающихся морозов. Впрочем, броня из шкуры барана, треники с подогревом и утепленные лапти могли сказать уверенное «нет» внезапному похолоданию. Выйдя на крыльцо и с хрустом потянувшись, Герой направил свои стопы к ближайшему населенному пункту.[1]

Мысли о Пивнотауне грели душу и мотивировали шевелить булками с удвоенной отдачей. Путь проходил по лесной тропинке, огороженной кустами с обеих сторон, словно живой изгородью.

Вдруг справа раздался звук. Будто кто-то зевнул, но более низко, почти утробно. Герой выхватил из-за спины свой костыль с оптическим прицелом и не то прицелился, не то просто направил орудие в сторону источника звука.

— Кто здесь? — от неожиданности голос прозвучал пискляво.

Никто не ответил, и Герой аккуратно начал продираться сквозь растительность. Растительность сопротивлялась. Листья лезли в глаза, а ветки неприятно кололись, цеплялись и, того и гляди, могли оставить героя без штанов. Выйдя на поляну, подтянув треники и поправив термостат, Герой узрел в тумане очертания прямоугольного предмета.

«Демиурги забыли закопать сундук?!" — пронеслось в голове, чуть не пробив черепную коробку. Пульс повысился, кровь забила в висках, выдавая одной только ей понятный ритм.

Рассчитывая на халявный трофей, Герой вприпрыжку помчался в сторону ожидаемой халявы, выпучив глаза и выпятив грудь.

Очертания шевельнулись.

Кто-нибудь видел шевелящийся сундук с трофеем? Вот и Герой не видел.

Заподозрив неладное, он попытался остановиться. Но утепленные лапти предательски скользили по слегка заиндевевшей траве, не давая и шанса замедлиться.

Из тумана появился Диван-дурак. Седалищная часть его приподнялась, обнажая пасть и утробный звук раздался вновь. Герой влетел в монстра, отчего тот вздрогнул и выпучил на Героя те места, где, по всей видимости, были глаза.


Повисла неловкая пауза.


Герой ткнул костылём в диван, но, то ли монстр был к нему не восприимчив, то ли пребывал в шоке от внезапной встречи — ответной реакции не последовало. Выждав немного, герой обошел монстра со всех сторон.

Диван был спокоен и тих. Выглядел не особо ухожено, но вполне комфортно. Герой давно хотел сменить свою пролёжанную тахту на что-то более стильное, модное, молодёжное, а тут — целый диван! Одно, что монстр: пока не кусается, а коль начнёт, тогда начнём и думать. Так в гильдии, что «гильдия Облом-Покоя» зовётся, Диван-дурак и появился.

Впрочем, не зря же исторические хроники имя Героя-то не сохранили. Пропал он вместе с Диваном со своим. С тех пор и не видывали Героя того.

А вот Диван встречали. То он где прокопанный стоит, чтоб не сбежал, значится; то на гильдийском складе вдруг возникает. И любой обломовец, что нижнее полушарие мозга на Диван пристроить изволит, тут же небывалым обломом окутывается. Шевелиться отказывается, в сон проваливается, а после — в родной гильдии да на родном диване в цветочек просыпается. Отдохнувший, сил полный, на новые подвиги вдохновлённый, да аурой тотемизма снабжённый.

А байка сия для вас богами богThekydra и богLiera Chiaroscuro записана. Чтобы и она в Лету не канула, за именем геройским вслед.

  1. Ну как к ближайшему. К ближайшему не буквально, а душевно. Ибо нашему человеку за булкой хлеба 100м пройти «Ой, как далеко», а 1000 за бутылкой — рукой подать!