32
правки
Полевой Гигант: различия между версиями
→Происхождение
м (навигационная полоса) |
Vlomin (обсуждение | вклад) |
||
| Строка 16: | Строка 16: | ||
Всё началось на одном неприметном лугу, что расположен неподалёку от города [[Злыденьск]], города, так любимого героями, чей [[характер]] только-только перестал быть нейтральным, но уже колыхнулся в сторону «чистого зла!». Луг не отличался от своих близлежащих собратьев ни типом растительности, ни почвой, ни закопанными в нём кладами. Но по [[рандом|непонятной причине]] именно это место было облюбовано озлобленными героями и их богами, как единственное место во всём [[Годвилль|Годвилле]], где озлобленный жизнью герой и не менее озлобленный успехами героя бог, могли выяснить между собой отношения. Выяснение отношений чаще всего приводило к тому, что герой, выкрикивая богохульства в адрес своего Великого, бегал по полю, уворачиваясь от града молний, посылаемых раздосадованным божеством, и направленных в темечко или нижнее обмундирование богохульствующего подопечного. В конце концов, оздоровительный заряд электричества всё же попадал в цель, и тогда тирада ругательств в адрес Великого прекращалась. Нередко от героя оставалась лишь горстка пепла, но в большинстве случаев дело ограничивалось лишь сотней однопроцентных ожогов всего геройского тела. | Всё началось на одном неприметном лугу, что расположен неподалёку от города [[Злыденьск]], города, так любимого героями, чей [[характер]] только-только перестал быть нейтральным, но уже колыхнулся в сторону «чистого зла!». Луг не отличался от своих близлежащих собратьев ни типом растительности, ни почвой, ни закопанными в нём кладами. Но по [[рандом|непонятной причине]] именно это место было облюбовано озлобленными героями и их богами, как единственное место во всём [[Годвилль|Годвилле]], где озлобленный жизнью герой и не менее озлобленный успехами героя бог, могли выяснить между собой отношения. Выяснение отношений чаще всего приводило к тому, что герой, выкрикивая богохульства в адрес своего Великого, бегал по полю, уворачиваясь от града молний, посылаемых раздосадованным божеством, и направленных в темечко или нижнее обмундирование богохульствующего подопечного. В конце концов, оздоровительный заряд электричества всё же попадал в цель, и тогда тирада ругательств в адрес Великого прекращалась. Нередко от героя оставалась лишь горстка пепла, но в большинстве случаев дело ограничивалось лишь сотней однопроцентных ожогов всего геройского тела. | ||
Надо сказать, что меткостью боги никогда не отличались, по этой причине добрая половина молний, вместо того, чтобы попасть в цель с первого раза, оканчивала своё недолгое существование, уходя прямиком в землю, где таинственным образом рекомбинировала. На самом же деле электрический заряд, несомый молнией и предназначавшийся для подопечного, никуда не исчезал. Оказавшись в земле, электрический заряд равномерно распространялся по обильной корневой системе луговой растительности. И вот в какой-то момент ёмкость электрических разрядов переполнилась, и в этот момент луг ощутил себя как личность. Первое же, что почувствовало новорождённое создание, была боль. Много боли! Ведь заряды молний продолжали вливаться в землю и расходиться по корневой системе луговых растений, создавая перегрузки в мыслительных процессах существа. Так шли недели, недели сменились месяцами, а месяцы сменил год. Луг разросся и превратился в поле, а личность, скрывающаяся под зелёным | Надо сказать, что меткостью боги никогда не отличались, по этой причине добрая половина молний, вместо того, чтобы попасть в цель с первого раза, оканчивала своё недолгое существование, уходя прямиком в землю, где таинственным образом рекомбинировала. На самом же деле электрический заряд, несомый молнией и предназначавшийся для подопечного, никуда не исчезал. Оказавшись в земле, электрический заряд равномерно распространялся по обильной корневой системе луговой растительности. И вот в какой-то момент ёмкость электрических разрядов переполнилась, и в этот момент луг ощутил себя как личность. Первое же, что почувствовало новорождённое создание, была боль. Много боли! Ведь заряды молний продолжали вливаться в землю и расходиться по корневой системе луговых растений, создавая перегрузки в мыслительных процессах существа. Так шли недели, недели сменились месяцами, а месяцы сменил год. Луг разросся и превратился в поле, а личность, скрывающаяся под зелёным покровом окрепла и сформировалась. | ||
В обыкновенный погожий денёк, когда ничто не предвещало беды, кроме [[Абокралипсис|абокралипсических]] предсказаний никому не известного отшельника, земля под ногами задрожала. Вначале один, потом другой, а за ним и остальные, огромные пласты земли, покрытые зелёным ковром, отрывались от земли и принимали вертикальное положение в окружающем пространстве. Поле встало на ноги и расправило плечи, обнажив десятки закопанных в землю сокровищ. | В обыкновенный погожий денёк, когда ничто не предвещало беды, кроме [[Абокралипсис|абокралипсических]] предсказаний никому не известного отшельника, земля под ногами задрожала. Вначале один, потом другой, а за ним и остальные, огромные пласты земли, покрытые зелёным ковром, отрывались от земли и принимали вертикальное положение в окружающем пространстве. Поле встало на ноги и расправило плечи, обнажив десятки закопанных в землю сокровищ. | ||