Asylum mortuis

Материал из Энциклобогии
Перейти к: навигация, поиск
Гильдия
asylum mortuis
Asylum Mortuis герб by Lokias.jpg
Дата создания:2009
Нрав:Нейтральная
Численность:75, из них
33 зверовода
Построено:50 храмов,
28 ковчегов
Действующий глава
богMagDaf
Атрибуты гильдии
Звание топов:психозавриус
Тотемный монстр:Некросавец
Места в пантеонах
Воинственности:32 (Рекорд 31)
Авантюрности:28 (Рекорд 25)
Данные от 03.12.2018
Актуальный состав
Статистика
Представительство на форуме

Кто мы?

На одиноком обожжённом молниями дереве у входа на кладбище трепетал пергамент. Порывы ветра пытались сорвать его, унести прочь, но записка прочно держалась на старом волшебном гвозде. На огрубевшей от времени коже виднелся выцветший, но все еще четкий текст, буквы которого будто вывел сотни лет назад древний летописец:

То, что мертво, умереть не может. Тот, кто умирал, не боится смерти.
Вечный покой. Леденящий страх. Сковывающий холод. Тлен, мрак и сырость.
Зачем это всё? Мы знаем, зачем. Смерть — лишь начало пути.

В самом низу записки криво нацарапано от руки: «Если стремишься в убежище, следуй за вороном. Ты поймёшь, за каким. Главное, пом--». На этом каракули обрываются.

Как нас найти?

Среди могил виднеется ветхая калитка, которая будто открывается совсем в другое место. Мрачное дерево, напоминающее стража, глухо поскрипывает на ветру. Вокруг входа на погост кружатся и галдят серые вороны, сражаясь то ли за кусок мяса, то ли за место на дереве. С самой высокой ветки за ними наблюдет огромный белый ворон, насмехаясь над глупой перебранкой. Эта удивительная птица умеет читать живых, чтобы потом огласить свой громкий вердикт: «КАРР!» и стать попутчиком в новый мир для немногих избранных.

Если последовать за вороном, то через несколько минут ходьбы пернатый проводник сядет на арку входа в поросший мхом склеп. Стены его черны от разводов сырости, крыша готова провалиться, и весь вид говорит о прожитых веках, но, несмотря на это, строение прочно стоит и все еще внушает трепет заплутавшим путникам.

Темнеет, небо приобретает фиолетово-синий оттенок. Солнце уходит за горизонт, оставляя после себя яркие рыже-розовые разводы на облаках. Тишина и спокойствие царят вокруг старого склепа и кажется — вот оно, то самое место, где душа может найти покой.

Из-за деревьев неожиданно раздаётся пронзительный женский визг, затем звуки ударов и чавканье. Прочь несётся серверный олень, а навчтречу ему жук-монстроуборщик. С ужасающими звуками чьего-то пира вечер уступает место удушающей летней ночи.

— Ну, нашёл жертву, — ворчит себе под нос бывалый герой, вылезая из кустов. — И нужно мне было молиться рядом с Некросавцем? Хотя тотемный монстр же… Нет, ну такую свинью подкинул!

Над тяжелыми дверьми склепа появляется надпись: «ASYLUM MORTUIS», словно лунный свет выводит текст тонким пером. Двери внезапно распахиваются, и склеп оживает — будто и не было веков забвения. Наружу выбираются герои: одни выглядят как новички, которые только-только начали свою нелегкую дорогу, другие уже заматерели и имеют за плечами немало опыта… Все куда-то стремятся: одни — на новые подвиги и задания, другие со свежими наградами… Но всех объединяет одно: они всегда возвращаются домой — в склеп. Туда, где ждёт их Смерть со свежими байками и большой кружкой ароматного напитка.

Откуда мы?

История хранит несколько версий возникновения столь странной гильдии. Одни рассказывают смешные байки, другие пугают новобранцев у костра темной безлунной ночью. Но чаще всего рассказывают такую историю…


Однажды ясной лунной ночью 479го дня г. э. несколько юных босяков сидели в парке Некропетровска и травили байки. Один из них — вихрастый и долговязый — как раз заканчивал рассказывать про воришку, решившего ограбить старинный семейный склеп:

— …и как только он взялся за ожерелье той самой мёртвой девушки, она резко открыла глаза и злобно улыбнулась. В тот же миг вокруг незадачливого похитителя начали падать на пол крышки гробов… Дверь за его спиной заскрипела и… БАХ! — последнее слово рассказчик выкрикнул так, что с веток сорвалась стая ворон, а некоторые особо впечатлительные слушатели даже вскрикнули. Вдоволь посмеявшись над испуганными выражениями лиц, вихрастый решил начать новую леденящую кровь историю, но его перебили:

— А склеп… это что вообще такое? — поинтересовался один из слушателей, который казался крепче всех.

— Да ты не только трус, а ещё и неуч! Склеп — это такой дом на кладбище, где мертвецы живут.

— Это вон как на соседнем кладбище? Такой здоровый сарай каменный?

— Ну, да…

— Так там же демиурги похоронены!

— Демиурги-демиурги… Врешь, небось, опять, — высказалась самая маленькая из присутствующих девчушка с рыжими растрёпанными косичками, другие её поддержали короткими кивками.

— А может, сходим туда и сами проверим? — спросил кто-то.

Мёртвая тишина тут же окутала всех собравшихся. Казалось, даже луна затаила дыхание и прислушивалась. Никто не хотел идти туда, но сказать об этом значило прослыть трусом.

— Что, вихрастый, кто тут теперь струсил? Только и умеешь, что байки травить, да? — стал задирать крепыш.

— Что?! Ничего я не струсил! Вот прямо сейчас возьму и схожу туда! Один! — взвился рассказчик.

— Ага, щас!

— Нет уж!

— Все идем! Чтобы удостовериться, что ты не обманешь, — крепыш усмехнулся и поднялся с земли.

«КАРР!» — насмешливо высказался ворон откуда-то с соседнего дерева, освёщенного лунным светом.

Наш гимн

По пути мальчишки спорили, кто из них самый храбрый, и бахвалились, что ничегошеньки не боятся. Девочкам вскоре надоело их хвастовство, они скучковались и о чем-то зашептались. Одна из них запела песенку, которой ребята пугали малышей на праздник поминания духов, её сразу же подхватили ещё несколько девичьих голосов:


Мы с сестрой играем в прятки,
В тихом ужасе весь дом!
Убегают без оглядки
Слуги, братья, мать с отцом. 

Непонятно нам, с чего же
исчезают все от нас.
Мне не страшно, Лиле тоже...
И ведь всё не в первый раз!

Мы летаем сквозь преграды,
Обожаем так играть!
Почему же нам не рады?
Это трудно так понять…

По утрам холодный гробик,
По ночам горячий чай...
Как темно – так мы во дворик.
Нас ведь много! не скучай!

Не опасны мы, но всё же
Не ходите без креста.
Я отстану, Лиля тоже…
А придёшь – считай до ста!


Под песни и прибаутки маленькие храбрецы, проломившись сквозь заросли, добрались до склепа. Над тяжёлой дверью, высеченной целиком из огромного камня, красовалась полустёртая надпись:


ASYLUM MORTUIS
СМЕРТЬ — ЛИШЬ НАЧАЛО ПУТИ
МЁРТВЫЙ ЗНАЕТЪ, НО МОЛЧИТЪ


— Ну что, вихрастый, открывай! — шёпотом поторопил приятеля крепыш.

— Почему я?! Сам предложил, вот сам и открывай! — огрызнулся тот, тоже еле слышно.

— Ну это же ты тут герой… Ты же сам сказал, что пойдёшь один, вот и действуй! — только глухой бы не услышал издёвку.

Свежеиспечённый «герой» огляделся и понял, что выбора у него нет — сам виноват.

«Хоть бы она не открылась!» — взмолился он про себя всем богам, попутно ругаясь на длинный язык. Набравшись смелости, трясущимися руками он дотронулся до ручки, а затем уже крепко, хоть и с опаской, ухватился за неё и потянул на себя. Дверь громко заскрежетала, но все же поддалась. Вся компания дружно отшатнулась подальше от склепа. Вихрастый тоже дёрнулся, но пальцы как будто приросли к ручке, и пока дверь не отворилась полностью, разжать он их не смог. Из тёмного проёма пахнуло сыростью и затхлой землей.

— Ну что, кто тут трус? — гордо спросил вихрастый. — Кто со мной?

Крепыш поколебался, но вызов принял. Две фигуры переглянулись и, немного помедлив на пороге, исчезли в проёме. Из темноты сначала доносились какие-то странные звуки и шорохи, но затем пропали. Компания из оставшихся чумазых ребят, затаив дыхание, сжалась в плотную кучку и вслушивалась в затхлую тишину.

— Ого! Народ! Идите сюда! — внезапный окрик вихрастого из недр склепа заставил их подпрыгнуть выше, чем во время рассказа.

— Тут тако-о-о-е! — голос крепыша слышался уже не так внятно, как его товарища.

Переглядываясь, детвора нерешительно мялась перед дверью склепа. Неожиданно рыжая девчушка вышла вперёд, обернулась и презрительно оглядела оставшихся:

— Пф-ф. Трусы! А ещё «отважными героями» называются… — и гордо шагнула внутрь.

— Ты куда? Стой! — компания гурьбой кинулась за ней, и перед гробницей в считанные секунды не осталось ни единой живой души.


Через несколько минут дверь склепа качнулась и сама по себе начала закрываться. Петли при этом размеренно скрипели, как мельничные жернова. Прежде чем она окончательно захлопнулась, можно было расслышать дикий визг и приближающийся топот босых ног. Затем — хрустящий скрежет камня о камень и глухой удар, озвучивший полное запечатывание прохода… В ближайшие несколько минут можно было разобрать звуки приглушённой возни, доносящиеся из склепа, но вскоре на старом кладбище наступила полная тишина. Дом мертвых тёмным пятном нежился под холодным светом луны, и, казалось, улыбался — так улыбается спящий после сытного обеда кот. А над ним, словно неспокойная душа, хлопал крыльями серебристый ворон с ярко-красными глазами…

В следующий раз дверь склепа открылась ровно на исходе тринадцатого дня. Тот, кто вышел под весеннюю ночную грозу, выглядел просто ужасно. Ни вечно взъерошенной шевелюры, ни лукавой улыбочки… Тот, кого когда-то знали, как вихрастого забияку и предводителя ватаги, огляделся, глубоко вдохнул — и прокричал из последних сил, повернувшись ко входу склепа:

— Кто герой, а? Я герой! Кто смог выйти?! Ха-а-ха-ха!

Вместо ответа ослепительно вспыхнула молния и воздух стал необычайно тяжелым. Истерический смех сменился рокочущим раскатом грома, а пролившийся на землю ливень скрыл слезы юноши. Он упал на колени и зарыдал, горько, не сдерживаясь. Дождь умывал его лицо, но казалось ничто больше не сможет вывести въевшуюся в кожу грязь и синяки.

Сидящий под поваленным памятником белый ворон одобрительно каркнул, заглядывая в тёмный провал двери.

***

Много воды утекло с тех пор. От вихрастого почти ничего не осталось — ни имени, ни каких-то подробностей о его жизни… Единственное, что доподлинно известно — именно этот малый стал основателем гильдии. Тот самый склеп дал ей имя и девиз, а сам отобразился на гербе. Точное местонахождение этого кладбища неизвестно. Говорят, оно может появиться где угодно. В том числе и на заднем дворе вашего храма или же на месте любимого трактира… Вход свободный, но с одной оговоркой — выйти способны лишь те, кто состоит в гильдии.


Наши достижения

Тьма, смерть и холод окружают героев повсюду. Каждый из них не раз умирал и знает все ужасы, таящиеся за гранью — но несмотря на это, дневники их полны шуток и колкостей. Будь на то желание гильдии — покорили бы весь Годвилль!

Но зачем? Каждый из богов asylum mortuis желает лишь покоя. Для кого-то покой — когда герой активен и побеждает на арене, для кого-то — беспечное наблюдение за муками подопечного.

Но если гильдия просыпается от неги и ставит перед собой цель, то рано или поздно добивается своего. Возмутились как-то пророки своим безликим званием, захотели подобающий положению сан — и вот уже молнии, чудеса и радуги наполняют города, а не-светлые пророки успокоены жнеческими одеяниями. Завербовать больше неупокоенных душ у Бога монстров? Вырываются вперед заслуженные воины под присмотром богов войны[1], и Некросавец начинает забывать те времена, когда был ничейным озлобленным монстром, ведь теперь он — тотем гильдии под присмотром Смерти! На очереди трофей. 3495 г.э. 3493й день г. э. ознаменовался взятием вершины солидарности, а консилиум богов[2] с тех пор денно и нощно собирает крупицы информации, вытаскивая историю гильдии из небытия.

Текущее положение дел

Что же, искатель приключений, все ещё не определился, хочешь ли переступить порог?

Asylum mortuis — убежище мертвых. Убежище для богов и богинь, которые умудрились наладить контакт с неугомонными душами, а также, благодаря особой везучести некоторых героев, ещё и познакомились со Смертью и Богом монстров. Обычно наблюдение за непутёвыми последователями происходит не с высоты облаков[3], а из довольно уютного гильдийного склепа. Тут никто никуда не торопится — здесь уже все успели.

Отсюда можно и более активно влиять на героя. Переместить последнего на арену, дабы посмотреть на его умирание или же его соперника. Спустить достроившего храм оболтуса в подземелье, чтобы поучаствовать в истреблении боссов, соратников, а также собственного героя. Отправить в море, чтобы потопить кого-нибудь или самому осмотреть океанское дно.

Убежище. В гильдии никого не торопят и никого не беспокоят всуе, но и никогда не затухает в ней теплый огонь ненавязчивого общения. Иногда беседка для разговоров пустует, и лишь двое жнецов ведут медленные диалоги, а иногда в нее набивается молодежь и заслуженные работники, обсуждая свежие новости или достижения. Здесь нет превосходства — есть только друзья. Все вступившие сразу ощущают эту тьму — не холодную, не пугающую, но обволакивающую и надежную, как плечо друга. Но стоит ее разозлить — и она вонзит свои когти вам в шею, терзая до тех пор, пока ваш Всевышний не спасет от этой муки. Впрочем, пожухлые страницы истории гильдии хранят лишь один случай подобной расправы. Благодаря всем находящимся в asylum mortuis в гильдии комфортно и уютно как дома.

Мёртвые имеют обширный склад знаний, где собрано уже довольно крупное собрание различной информации, которой можно и нужно обмениваться и дополнять. Имеются там и советы с секретами игры. Но доступ к этим секциям библиотеки имеют лишь гильдийцы, доказавшие свою верность Смерти.

Если ты чувствуешь дыхание Смерти за спиной — обернись. Вполне вероятно, что это один из нас очень хочет с тобой подружиться…

И помни главное — мёртвый знает, но молчит.

Примечания

  1. богТоня Старк, богВсемогущаяПусичка — низкий поклон вам!
  2. богLokias, богМакисса, богОснец, богРедглэр
  3. ибо там как-то холодно, мокро, а иногда и жуть как ветрено