Linbo

Материал из Энциклобогии
Перейти к: навигация, поиск
Богиня
богLinbo
Момент отправки героя в земли Годвилля
Герой Meety
В Годвилле с 3605го дня г. э.
Возраст 599 дней
Характер неописуемый

История

За отсутствием каких—либо упоминаний в летописях или других исторически достоверных документов, вся информация предоставлена анонимным героем.
—Нет начала у этой истории, не будет и конца. Может, это все к лучшему, может, мне не надо это все рассказывать, оставить вот так, как оно есть, может, это знак от Всемогущей. Нет, рассказать все равно придется, уж лучше я, чем кто—то другой все исказит себе на пользу. Знаете, как это бывает. Так вот, как я и говорил…

Предисловие

—Начала у этой истории попросту нет, ибо Всемогущая была и будет вечность. Это свойственно многим богам, я спрашивал друзей, минимум две трети подтвердили, что не празднуют дни рождения своих. Значит, начну с давних, когда Мудрейшая была одним из богов Земли.

Многие души не попадают в рай или ад, скитаются они меж мирами и не приносят никакой пользы экономике загробного мира. Работа Линбо и нескольких богов других заключалась в распределении этих душ на свое место, то есть одних отправляли в ад, других — в рай, третьих — на реинкарнацию и т. д.

—Хитрая эта работа, надо вам сказать, многие плохие люди довольно хорошо притворяются хорошими, а хорошие, не удивляйтесь, плохими. Откуда я это все знаю? Да, я был там, ужасное место, должен сказать. Как попал туда? О, это история для моих летописей, а вот как выбрался —другое дело.

Знакомство

Между раем и адом нет привычного понимания местности, да и ничего привычного нет, совсем. Оно не поддается законам физики. Рай и ад — две крайности, между которыми, помимо мира людей, есть еще огромное расстояние.

—Нет, это не огромная территория, как Земля, это и территорией назвать нельзя. Тем не менее, именно там мы в первый раз встретились. Великая выполняла свою работу — проверяла людей на чистоту душевную.

Способ, которым боги проверяли души, был у каждого свой, но суть оставалась неизменной — искушение. Каждому новоприбывшему Линбо предлагала сложный путь, но светлый, и простой путь, темный.

—И тут ей попался я. Не понимая, что происходит (только что пил чай, а тут невесть что), в растерянности, я желал, чтобы это все быстрее закончилось и сразу же провалил тест. Нет, я не оправдываюсь, я действительно был плохим человеком и хорошим монстром. Но, блягодая Наимудрейшей, я изменился и предпочитаю не вспоминать прошлую, в буквальном смысле, жизнь. Она уже собиралась отправить меня куда надо, полагаю, что в ад. Но затем, почему—то, Всемогущая попыталась вернуть, удержать меня.

Предположительно, богиня увидела на его плече шрам, оставленный после перемещения человека живого в мир мертвых. Однако, процесс телепортации души в ад уже было не остановить никакими силами.

—Я старался зацепиться хоть за что—то, не зная зачем, но в уверенности, что это все вернется на прежние места. Затем начал терять сознание, последнее, что помню, — как меня отпустили и ужасное чувство падения.

Линбо тоже теряла силы и отправилась за ним, столкнув героя с траектории, они вместе отправились в неизвестном направлении.

—Очнулся уже тут. Вот как оно сейчас есть все, так тогда и было. Города, столбы, монстры.

И стали они ее героем и его богом, и странствовали по земле Годвилля в поисках места, где могли бы навеки остаться. Спустя время долгое нашли они, что искали. Но не ушли на покой, а стали подвиги совершать во славу гильдии, что домом назвать смогли.

Описание

Облик богини лишь отдаленно напоминает человекоподобный. Обладает размерами исполинскими, людскому глазу непостижимыми. Тела и нижних конечностей будто бы и вовсе нет, а на их месте, от плеч до самого пола, пустота чернеет формы правильной треугольной. Шея длинная, платком повязана, лица вовсе нет, а на голове цилиндр столь высокий, что небо пронзает, а узоры на нем созвездиями кажутся.

Не сохранилось, да и не было ни одного изображения достоверного и истинного Линбо, все описание это и рисунки из говора людского взяты, а потому обросли множеством неточностей, преувеличений, ведь, как известно, у страха глаза велики.